...На свету, когда холодно-красная

На свету, когда холодно-красная

Хлынет на деревню глубина,

Человеку снится: не напрасно я

Высеял — не слопал — семена.

 

Людям любо верить: хмарь отхмурится! —

Днюй, денек, ветри и тарабарь.

В три утра — улыбчиво на улице:

Помнит сон проснувшийся скобарь.

 

Каждый крепко знает: мы — работники,

Наше дело — пашню ублажать.

Для чего ж хозяев, беззаботники,

Обучать, чтоб не зевали жать?

 

Летуны, гостители дородные,

Вам-то что: шумнул — и был таков!

Паспорта у вас вполне народные,

Только ноне бедно простаков.

 

Посудите сами: с давна-мблода

Мы бесхлебье знаем и себя,

Но не сдохли от тюрьмы и голода,

Веруя, сильнея и любя.

 

И хоть боль — не рожь, не перемолота,

Хоть житье у нас не тра-ля-ля,—

Не отвыкнем от серпа и молота,

Тьмой не станет черная земля!



Сборники:

Сборник «Горькие яблоки» (1966), стр. 45

«Человек я верующий, русский, деревенский, счастливый, на всё, что не против Совести, готовый! Чего ещё?»
Игорь Григорьев