...Тонюсенькая ломкая каемка

Тонюсенькая ломкая каемка

Затеплила простывший окоём,

И глади глубь распахнуто и ёмко

Молчит неугомонно о своем...

— Моя дружища, легкая котомка,

Ну вот и снова мы с тобой — вдвоем,

 

Сидится как? Не режут лямок плечи?

Костистая спина тебя не жмет?

Держись покрепче: нам шагать далече, —

На вёрсты угол наш ничуть не жмот...

«Не сваришь каши из цветущей гречи

И пусть в ее медах — ничуть не мёд». —

 

Ты ёрзаешь: «Куда встаешь? Куда ты?

Такая рань; да что тебе за спех?

Зазря блажишь иль ноги виноваты?

Рожна какого ждешь? Каких утех?»

— Не унывай: крепки твои заплаты,

И плечи у меня — не вйслей всех.

 

Да и поджилки вроде не ослабли,

И на душе — не тишь да благодать!..

Так что нам — молний ломаные сабли!

Им — громыхать, нам — топать, не пенять:

Должны мы переведать всё до капли,

Всё перевидеть, выстрадать, понять.

 

Беспошлинно-безданно столько взято

Дождей и солнц, улыбок и краюх,

И бражной мяты и ржаного злата,

Что и не счесть, — захватывает дух!..

И хоть платить долги солоновато,

Но день горит! Горнит зарю пастух!



Сборники:

Сборник «Горькие яблоки» (1966), стр. 47

«Человек я верующий, русский, деревенский, счастливый, на всё, что не против Совести, готовый! Чего ещё?»
Игорь Григорьев