Трифон

Ветрено и месячно.

Не спится.

Бьется песня

В заросли еловой:

«Ой, да шла девица за водицей,

За водицей ключевой-ключевой!..»

 

— Тише вы:

Разбудите комбрига,

А ему на зорьке —

Путь-дорога.

— Ротный, друг,

Чего ни что соври-ка!

— Трифон Павлыч,

Ну, хотя б немного!

— Расскажи, как с фон-бароном спорил!..

 

— До войны я, вишь, на эмтээсе

Десять лет в механиках моторил.

Знал, само собою, толк в железе.

Немец к нам притопал

В две недели.

И случилось:

При подходе шваба

Мы угнать машины не успели.

Плакал,

А моторам — шеи набок.

Новый, так сказать, пришел порядок:

Что загибло в те поры народа!

Смерть везде:

И далеко, и рядом...

Сам не знаю, как прожил полгода!

Ну, пронюхали, кто я.

Схватили.

Думаю:

«Сейчас нам, Триша, вкатят!..»

Ражий фриц подходит:

«Герр Васильев!»

И подносит кружку шнапса:

«Нате!»

Что же делать? Выпил.

А зверюга —

Леденец мне в руку:

«Посластитесь!»

Покупает задарма, подлюга:

«Рад вас видеть! Рядышком садитесь»

А потом и говорит вражина:

«Будем, герр механик, откровенны:

Вы должны нам починить машины!

Помогать вам будут двести пленных

Обещаю вам

Я,

Фон дер Плётке,

За работу дорогой подарок:

Новый дом,

Пятьсот бутылок водки

И в придачу

Двадцать тысяч марок!

Станете богатым без усилий...»

Тут я встал

И рубанул заразе:

«Говорю вам

Я,

Три-фон Васильев:

Не согласен, пан!

Ни в коем разе!» —

«Драй маль фон?! —

Он вылупил глазищи. —

Драй маль фон?» —

И вдруг меня как звизднет!

Дрался, окаянный,

Черта чище:

Каб не вы,

Не видеть бы мне жизни.

 

— Значит, так и лопнула награда?

— Да, проторговался фриц, ей-богу

А теперь соснем часок, ребята:

На рассвете —

В дальнюю дорогу.



Другие редакции:

Трифон (1995)


Сборники:

Сборник «Зори да версты» (1962), стр. 99

«Человек я верующий, русский, деревенский, счастливый, на всё, что не против Совести, готовый! Чего ещё?»
Игорь Григорьев