У сороти

Горький тлен сочится на меже.

Горбит плечи высохшего тмина,

И проворный утренник уже

Расстелил холстину обочь тына.

 

До чего же темная вода:

Как тут глубоко в гнезде обрыва!..

Не его ль заждались провода?

Не о нём ли разгрустилась нива?

 

День нахохлен: и ветрян, и мглист.

Вот бы песней обогреться саду!..

Хрустнула калитка, скрипнул лист.

— Саша! Сань!.. — зовет старушка ладу.



Сборники:

Сборник «Горькие яблоки» (1966), стр. 16

«Человек я верующий, русский, деревенский, счастливый, на всё, что не против Совести, готовый! Чего ещё?»
Игорь Григорьев