Заснеженный май

Как понять:

Где тут быль, что тут сказка?

Чем берешь ты?

Чем держишь меня?

Даже стынь твоя жуткая —

Ласка,

Даже тьма твоя —

Проблески дня.

 

Ведьма сивая —

Мечется вьюга;

Чуть за полдень —

А в небе закат.

Только мне ты,

Седая округа,

Откровенней чужбины

Стократ.

 

Старики —

Молчуны в разговорах:

«Где уж нам уж... до бойких внучат».

Но тебе

Новостей

Целый ворох

Без речей

Их глаза налучат.

 

Густо ль, нет ли,—

Столом не откажут:

— Хлеб да соль тебе, друг, и почет...

После «маленькой» —

Пляской уважут,

Будто усталь дневная не в счет.

 

Кроткий вздох.

Дерзкий вызов присядки!..

Может, доля,

Как праздник, сладка?

Может, в лики им

Скорбные складки

Не впечатала

Жизни рука?..

 

Проку нет

Со вчерашним рядиться,

Хоть водицей не всё унесло.

Нынче

Звездною новью гордится

Наше время,

Поправшее зло.



Сборники:

Сборник «Целую руки твои» (1975), стр. 38

«Человек я верующий, русский, деревенский, счастливый, на всё, что не против Совести, готовый! Чего ещё?»
Игорь Григорьев