Сайт памяти Игоря Григорьева

Не описать

Тебя пером!

Халупе — зять,

Свояк хором.

В деревне нет

Избы чудней:

Чердак раздет

(Полкрыши в ней);

Труба того —

Горшок без дна;

Стекло одно

На три окна;

Не стережет

Запор сеней,

Входи, народ, —

Там нет дверей.

Зато фронтон

Обшит, как франт;

А уж фасон

У двух веранд!

Кряхтит изба,

Едва жива,

Но в ней резьба —

Что кружева.

Мужик умел

Чудить всерьез:

Как сахар, бел

Певучий тес;

Узор крыльца —

Волшебный сказ.

А три венца —

В земле как раз.

Престранный кров!

В нем «сам» — чудак,

Влас Козырев.

Скобарь. Мастак;

Который год,

Блескуч, остёр,

Легко поет

Его топор!

Подъем чуть свет:

Дела, дела.

— Пора, сосед,

Ночь уплыла.

Хоть лень, не лень,

Не в лени суть, —

Рабочий день,

Не обессудь...

Раздольный луг,

Разлив зари... 

— Опять же, друг,

Бегом не при.

Семь верст пути,

А я не млад:

Сто без пяти —

Не пятьдесят.

Силенка есть.

Да как когда.

Должон учесть:

Не те года.

— Ты б на покой,

Влас Ваныч, мог,

Да будь другой!..

— Какой в том прок?

Мне внука внук

Твердит: «Пора».

Да как без рук —

Без топора.

Сочти трудстаж:

С бревном — всю жизнь,

И вдруг — шабаш,

На печь ложись;

Зевай да кость

Теплом лечи.

Приятель — гвоздь

Да кирпичи.

Запечный паз —

Сверчковый быт.

Выходит, раз —

И Козырь бит?

А мне кругом

Чуть не любой

И клуб, и дом —

Как сын родной.

Недоглядел —

Сумно лицо:

Подвял придел,

Косит крыльцо;

Там сел венец,

Тут — в крыше течь...

Хорош отец —

Залег на печь.

И молодежь

Вольна у нас,

За ней ведь тож —

Всё глаз да глаз.

Да ты и сам

Хорош гусёк:

Труд — по часам,

В пять — наутек.

А век горазд —

И скор, и крут,

Он — ждет, он — в нас,—

И честь, и суд.

Весь — боль, весь — бой

Наш век-Пророк.

Нам бить отбой

Совсем не срок.