Сайт памяти Игоря Григорьева
Международный КОНКУРС лирико-патриотической поэзии «ЧТОБЫ ПЕТЬ НА НЕИСТОВОМ СВЕТЕ...» (2026)
Санкт‒ Петербургское отделение СП России, Минское городское отделение СП Беларуси, Фонд памяти поэта и воина Игоря Николаевича Григорьева при содействии Союза писателей России объявляют очередной (двенадцатый) Международный КОНКУРС лирико‒ патриотической поэзии «ЧТОБЫ ПЕТЬ НА НЕИСТОВОМ СВЕТЕ...» (2026), посвящённый Году единения народов России и Дню единства народов России и Беларуси.
Приём произведений начнётся с 1 марта 2026 года, последний день приёма 31 мая 2026 года.
ПОЛОЖЕНИЕ О КОНКУРСЕ «Чтобы петь на неистовом свете...» (2026)
Конкурс поэзии им. Игоря Григорьева |
20 января 2020 года вышла в эфир программа "Знай наших. Игорь Григорьев" на канале ГТРК Псков.
19 ноября 2015 г. в Институте русской литературы прошли вторые литературные чтения «Слово. Отечество. Вера», посвященные памяти поэта Игоря Григорьева. В рамках конференции состоялось награждение лауреатов поэтического конкурса имени Григорьева «Ничего душе не надо, кроме Родины и неба», посвященного 70-летию Победы в Великой Отечественной войне.
Игорю Николаевичу Григорьеву, "чистоголосому" поэту, легендарному разведчику, русскому человеку, в 2013 году исполнилось бы 90 лет. Он ушёл из жизни 16 января 1996 года. А его стихи остались. Да какие стихи!!! "Григорьев - искусный мастер русского эпитета!" Не о себе он думал и писал - все его мысли были об Отчизне, о России, о святой Руси. Он умел жить по-Божьи, любить всем сердцем, отдавать себя без остатка.
Его поэзия - настоящая поэзия. Вечная.
| БИОГРАФИЯ И.Н. ГРИГОРЬЕВА |
СТИХОТВОРЕНИЯ | ФОТОГАЛЕРЕЯ | |||
| ПЕСНИ НА СТИХИ Игоря ГРИГОРЬЕВА |
БИБЛИОГРАФИЯ | СОБЫТИЯ И НОВОСТИ |
В первый день июня предлагаем вам прочитать стихотворение поэта-фронтовика Игоря Николаевича Григорьева "Июнь":
В деревне сейчас
Полонила поляны
Такая большая трава!
На зорях
Гривастые бродят туманы
Да плещется синь-синева.
Бездонное небо
Звенит и ликует –
От крыш невысоких
До звезд,
И, годы суля мне,
Кукушка кукует,
И мир удивительно прост!
По-доброму слажен:
И точен, и прочен,
Всему свой и срок, и черед.
Здесь даже осиновый тын у обочин
Что может
От жизни берет.
Он корни к земле протянул,
Хоть и трудно:
Стоит,
Не умея тужить,
Растет,
Лопушится листвой изумрудной,
Спешит сколько можно
Пожить.
На нем восседая,
Петух горлопанит –
Куриного дома глава,
Шумит,
как форсистый подвыпивший парень,
Которому все трын-трава!.
И солнце зайдет –
Ни единой минуты
Зеленая ночь не молчит:
В высокой осоке
И рьяно,
И люто
Зовут дергачих
Дергачи.
Торопится в Ильмень,
Бежит с переката,
Смеясь и воркуя, Шелонь,
И снова припевки слагают девчата
И трогает сердце гармонь.
Весь ласковый мир,
До былинки понятный,
Поет,
Не давая заснуть.
И родина
Ширью своей необъятной,
Как воздух,
Вливается в грудь.Сон о доме
Мы теперь
на самом краю.
Мы — это я да мыши.
Весь я совсем не топлен стою.
Ты, хозяин, не спишь?
Ты меня слышишь?
Ну какая это компания —
мышь?
Куда ни шло, хоть бы кот захудалый...
Ох, батька беспечный, ты вроде
храпишь?
Устал, говоришь?
А я — не усталый?
По-твоему, я —
бедняк неживой?
А ты на червонцы нацелил рыльце.
Вот... дрыхнешь, а мне от судьбы
ножевой
Никуда не уйти,
Некуда скрыться.
Сегодня как раз
день именин;
Поневоле заплачешь с такого веселья:
Ровно десять лет,
Как стою один,
С твоего столичного новоселья.
Не признаёшь меня?
Я — твой дом,
По-старому то есть — судьба-опора.
А тут бригадир стращает:
«На слом!»
Подо мной, вишь, сотка земли
без призора.
Я-то не робкий,
Да трусь не трусь,
А понимать положение
надо:
В одиночку долго не продержусь,
Пропаду через год-другой без догляда.
Сам Посуди:
На полах мокреть,
Крыша-то
в девяти местах прохудилась...
Ты уж прибудь свой кров осмотреть,
Сделай такую милость!
Хотя ко мне
заросли пути,
Хоть бузина разбузилась окол,
В деревне меня попробуй найти
По кривой трубе,
По окнам без стекол.
Как, значит, прибудешь,
пройди лесок,
Потом в крутосклон покарабкайся
малость:
Три шага —
И ступишь в белый песок;
Не забыл, как в нем хорошо игралось?!
Отсель до меня подать рукой.
Не дюже заманчив стал,
не скрываю.
А каков бывал,
Жил я какой:
Не из последних, да и не с краю!
Да вот
соседей моих и друзей
За бутылку
И сотню мятых рублевок
Пожгли на дрова, где сам— ротозей,
Перетянули в город, кто ловок.
Признаться,
и я с такой маеты
Готов очистить землю хоть ноне ж.
Да вот всё думаю:
Как же ты?
Где без меня главу приклонишь?
