Сайт памяти Игоря Григорьева

Советная Н.В. Сто лет спустя

Поэт и воин Игорь Николаевич Григорьев, многие годы которого были тесно связаны с Псковщиной, Ленинградом и с Беларусью (с городом Городком Витебской области), родился в августе – месяце исторически неспокойном, взрывном, судьбоносном. Именно август в разные годы был ознаменован происшествиями, нередко мирового масштаба. Например, в 1806 году прекратила существование Священная Римская империя, а в 1945 году американцами на Хиросиму сброшена атомная бомба, и Япония безоговорочно капитулировала, в 1942 году была впервые исполнена седьмая симфония Шестаковича, а в сорок третьем завершилась Курская битва, в 1773 году Емельян Пугачёв объявил себя Петром Третьим, а в 1991 году в СССР случилась попытка государственного переворота, в 1598 году Сибирь окончательно стала русской, а в 1725 году в Петербурге открылась Российская Академия наук, в 1803 году началась первая русская кругосветная экспедиция под командованием Крузенштерна, а в 1960 году космический корабль «Восток» с «Белкой» и «Стрелкой» на борту благополучно вернулся на Землю…

Воробьева Людмила. «Душа русского слова в поэзии Игоря Григорьева».

Международная научно-литературная конференция: «Душа, как небеса нетленна». Тезисы доклада: Самобытность и национальные традиции народного слова в творчестве И. Н. Григорьева. Русское слово, русский язык поэм И. Н. Григорьева «Благословенный чёртов путь», «Колокола». Сила духа и победная мощь русского характера. Целительный и возрождающий источник слова в поэме «Обитель», торжество духовной красоты ее женских образов. Тема доклада: «Душа русского слова в поэзии Игоря Григорьева». Поэтическое творчество стало для Игоря Григорьева путеводной звездой, а классика – основным ориентиром, плотью и кровью традиционного искусства. И здесь никто не может сказать, что он как автор грешил против жизненной и исторической правды. Отзвуки личной судьбы отчётливо слышны в его произведениях. «Таково уж свойство Поэзии: она – сам человек, взявшийся за перо», – говорит он в своём очерке «Всё перемелется».